Юрий Оганесян
Почти половину 155-летнего срока, с 50-х годов прошлого века, в гонке за элементами участвует Юрий Оганесян, ученый, академик РАН, чье имя носит на сегодня самый тяжелый и самый крайний по номеру 118-й элемент — оганесон.
Юрий Цолакович руководит Лабораторией ядерных реакций им. Г. Н. Флерова в Объединенном институте ядерных исследований в Дубне, действующем чемпионе мира в «Гонке Менделеева»: в Дубне открыли 10 из 118 элементов таблицы, в том числе — последние 5.
Какой Ваш прогноз: сколько лет нужно человечеству, чтобы открыть все элементы и заполнить таблицу Менделеева до самого конца?
Юрий Оганесян: «Чтобы делать прогнозы, надо сначала определить, что такое элементы. Я бы сам хотел знать, сколько их, элементов, потому что цифры, которые называются, — то ли 173, то ли 174, — такое чисто общее представление о том, сколько их вообще могло бы быть. Но сколько их в реальности будет — это один из самых сложных вопросов современной науки. Поэтому сейчас в науке об элементах на вопрос, сколько их может быть, строят разные сценарии и разные таблицы. Они отличаются от тех, которыми мы сегодня пользуемся, до 118-го элемента. Поэтому до прямого ответа на этот вопрос еще большая дистанция, много-много лет.
Дело в том, что мы получаем наши элементы искусственным способом, а он совсем не такой, как образовывались другие элементы в природе, абсолютно другой. Совершенно иная реакция происходит при этом, совершенно другие процессы идут. Я даже не могу сказать… Вот мы дошли до 118-го элемента, а был ли в природе 118-й элемент? Большой вопрос. Может, и нет. Получается, что мы должны делать прогнозы относительно того, чего не было в природе никогда. Что напоминает мне немножко искусственный интеллект. И делать такие прогнозы сложно, потому что не очень понятно, где кончатся эти возможности искусственного синтеза, так же, как и искусственного интеллекта, наверное».
Какие еще новые и малоизученные области знания и техники предстоит развивать человечеству, чтобы продолжать познавать устройство мира и открывать новые элементы таблицы Менделеева?
Юрий Оганесян: «Нет, по-моему, худшего занятия, чем предсказывать, как все будет. Возможно, все будет по-другому, совсем не так, как мы себе прогнозируем. Это можно понять, если посмотреть не вперед, а назад. Вот отсчитайте 10, 20, 30 лет назад, вспомните, что было тогда, какие были воззрения, о чем говорили, что предсказывали, и что на самом деле произошло. Во многих случаях вы можете увидеть колоссальную разницу между вот такого сорта предсказаниями и тем, что потом на самом деле произошло в жизни. В общем-то, мы еще пока находимся — может быть, это даже и счастье, что мы пока находимся, — в том положении, когда наши предсказания очень условны, что жизнь на самом деле полна неожиданностей, приятных сюрпризов, больших открытий, о которых мы даже и не подозревали и не думали. И это делает эту жизнь, в общем, очень ценной, разнообразной».
